Table of Contents Table of Contents
Previous Page  105 / 150 Next Page
Information
Show Menu
Previous Page 105 / 150 Next Page
Page Background

105

Бюллетень российского дзюдо. №3

-

2016

и началось. Поступил в универси-

тет, филиал ГЦОЛИФКА в Набереж-

ных Челнах. Через год переехали в

Москву, но там всё быстро разва-

лилось. Диму Морозова пригласи-

ли в Челябинск, а я поехал в Елец,

потому что там жил мой тренер —

спарринг-партнёр Константин Лям-

кин, царствие ему небесное. Я си-

дел в ларьке продавал сникерсы

и параллельно занимался дзюдо.

Школа дзюдо там сильная. Но по-

том наступил сложный момент,

когда Костя сказал, что мне нужно

расти дальше и есть хорошее пред-

ложение из Челябинска. Там Моро-

зов, то есть уже не буду один. Вот

так я оказался в Челябинске.

– Где попали к Александру Мил-

леру.

– Миллер — великолепный ме-

неджер. Равных ему в создании

необходимых условий для трени-

ровок не было. Он прекрасно раз-

бирался во всех закулисных пери-

петиях. Защищал наши интересы, в

обиду никому не давал. Он не тре-

нер в классическом значении этого

слова. Помню, готовимся к Олим-

пиаде в Афинах, остался месяц до

Игр, он ко мне подходит и говорит:

«Виталик, а если мы не тем путём

готовимся?» Я говорю: «Вы что? Уже

поздно что-то менять. Даже если

путь неверный, мы должны верить,

что он верный». Я его своей речью

воодушевил, и он со мной согласил-

ся (

смеётся

).

– Будучи спортсменом, Вы всегда

говорили, чтоВашамечта—стать

чемпионом мира. Это довольно

неожиданно, так как практиче-

ски все спортсмены больше все-

го хотят выиграть Олимпийские

игры.

– В моём понимании чемпион

мира — это серьёзный дзюдоист.

В понимании японцев это тоже так.

Олимпиада вызывает очень много

резонанса, шумихи, но чемпионат

мира выиграть в три раза тяжелее.

По ходу турнира могут тебе до-

статься два японца, два бразильца,

два корейца, два грузина, то есть

всех по два. Моя весовая катего-

рия — одна из самых многочислен-

ных. Когда я боролся, на чемпио-

наты мира в моём весе заявлялись

порядка 80 человек, а сейчас сто

человек — нормальное явление.

Как соревнование чемпионат мира

тяжелее. Ты не можешь стать чем-

пионом мира, выиграв четыре-

пять схваток. Шесть-семь мини-

мум. На чемпионате мира должно

быть всё: фокус, концентрация,

кондиция, выносливость, тактика.

Олимпиада — это 32 человека, два

круга — и ты уже возле медали. Да,

психологически Олимпиада давит

так, как ни одно другое соревно-

вание, просто размазывает людей.

Порой идёшь по олимпийской де-

ревне и видишь людей с глазами

зомби. Они не понимают, кто они,

где они, для чего они здесь. Всё,

такой спортсмен уже ничего не вы-

играет. В понимании общественно-

сти олимпийский чемпион — это

круче, чем какой-либо ещё, потому

что внимания больше, ажиотажа,

популярности. Но в моём понима-

нии чемпион мира — это серьёз-

нее, чем олимпийский чемпион.

Чемпионат мира смотрят целена-

правленно, аудитория разбирает-

ся в правилах. А Игры смотрят все.

Знают правила, не знают — просто

болеют «за наших».

– За счёт чего Вы выиграли чем-

пионат мира в 2001 году в Мюн-

хене?

– Анализируя сейчас свою ка-

рьеру, понимаю, что это был

единственный старт, к которому

я подготовился, как хотел. Тогда

сборную возглавлял Валерий Вос-

триков, и он был, пожалуй, един-

ственным тренером, который со

мной по-человечески поговорил,

который смотрел на спортсменов,

как на людей, а не на машины для

завоевания медалей. Перед чем-

пионатом мира он меня спросил:

«Виталик, ты знаешь, что я от тебя

хочу?» Я ответил: «Наверное, что-

бы я выиграл чемпионат мира».

«Именно так», — ответил он. Чест-

но, после этих слов я почувствовал

себя человеком. Он спрашивает:

«Что тебе для этого надо?» Говорю:

«Просто не мешайте».

Виталий Макаров, Юрий Стёпкин и Александр Миллер на Олимпиаде-2000

История в историях